Наш край

Об освобождениии Аккермана. Как это было

мая 22, 2018 Автор в рубрике История.

Soldiers in Siege of LeningradДень освобождения Белгорода-Днестровского от фашистов и румынских оккупантов – одна из наиболее значимых дат на скрижалях истории нашего Вечного Древнего града. Пройдут века, сменятся эпохи, но наши далёкие потомки, надеюсь, с благодарностью будут вспоминать тех, кто ценой своей жизни отвоевал Белый город от коричневой чумы.

Думаю, большинство из вас, дорогие земляки, знают историю освобождения на предмет того, какие подразделения участвовали в освобождении города. Да и сам ход военной операции знаком нам по неоднократным выступлениям в местной прессе, из книг краеведов, рассказов ветеранов войны. Предлагаю вашему вниманию несколько коротких воспоминаний очевидцев событий тех лет. Все эти люди были живыми свидетелями героической драмы августа 44-го…

«Сынок, принеси попить

Иван Кравченко, с. Сухолужье:

- А как же, хорошо помню те дни. Мне тогда было не больше 15 лет. Наша хата в селе  (на то время село называлось  Сухие Чаиры), стояла несколько в стороне от береговой линии лимана. Уже с неделю не прекращалась  канонада с противоположного берега. Румыны и немцы торопливо собирали свои манатки и чёртом смотрели на местных – в каждом из них им казался лазутчик.

Многие из селян, остерегаясь жестоких боёв и бомбардировок, уехал, кто куда. Я остался с мамой, без батька (он помер от воспаления лёгких года за два до этого). А ещё – трое сестёр мал мала, куда там уезжать, да и к кому?  Да… И вот той августовской ночью как-то всё притихло. Я с пацанами долго сидели на берегу. Лиман слегка волновался и было как-то тревожно.

Я пришёл домой, а через пару часов раздались выстрелы со стороны лимана. Мама стала креститься и прошептала «Всё. Началось». Я, несмотря на её крики, выскочил на улицу. С лимана шли вспышки автоматных очередей. Мимо хаты пробежал румынский урядник с мешком на плече. Где-то ревели моторы машин – то румыны убегали со всех ног из села. Раз или два взорвалась граната, и стало тихо. Люди начали потихоньку выходить из погребов и хат.

По улице шли военные в чёрной форме. Они чему-то смеялись. Люди сначала недоверчиво, потом громче стали кричать: «Наши! Наши пришли!». У военных на груди висели автоматы, в их сапогах чавкала вода. Это были морские пехотинцы. Один солдат, увидев меня, крикнул: «Сынок, принеси попить». Я молнией ворвался во двор и зачерпнул ведром из колодца. Солдат жадно пил воду, а после, утершись обшлагом бушлата, весело спросил: «Ну, и где ваши румыны? Драпака дали?». А наши сельчане, словно проснулись – выскакивали со дворов, кто нёс победителям кашик брынзы, кто кусок сала, кто каравай хлеба. Что сказать? Как такового сражения не было в селе. Немцы и румыны сразу убежали в сторону города. Ну, а там им уже дали чертей…

Бомба

Меланья Слиденко, уроженка Белгорода-Днестровского:

- Оккупантов мы ненавидели всеми фибрами наших душ! На фронт ушли мои трое братьев и все они погибли. Один из них, Захарий, как выяснилось позже, сгинул почти рядом – в районе Паланки во время переправы. Я тогда была малолетней девчушкой. Помню, накануне штурма города началась эвакуация гражданского населения в городе. На больших машинах людей вывозили в отдалённые сёла уезда. Моя мама, забрала с собой младшего брата и сестрёнку, их вывезли в Тузлы. Я в последний момент сбежала – уж больно хотелось посмотреть, как наши будут выбивать немцев из Аккермана.

Мы жили в то время по Мещанной улице, позже её назвали улицей Чапаева, теперь как-то тоже переименовали. Простая мазанка с двумя крохотными окошками и крышей, крытой камышом. Я спряталась за хатой.

Ночью стали рваться снаряды. Они, словно шагали по притихшему городу от лимана и вспыхивали оранжевыми снопами. Было страшно. Все собаки, как сговорились – выли тоскливо и потеряно. Потом пошла такая трескотня автоматных и пулемётных очередей, что я не на шутку испугалась и заплакала, кляня себя за то, что не уехала с родными. Притаилась за зарослями бурьяна в огороде. Было слышно, как ругались то немцы, то румыны, гудели машины. Кто-то душераздирающе орал благим матом от боли.  Всё это слилось в единый кошмар. Едко пахло дымом.

Неожиданно я услышала какой-то свист. Разрезая воздух, на меня неслось нечто ужасное. Я припала к земле. В этот же миг в нашу хату ударила бомба. Я оглохла от мощного взрыва. От нашего дома осталась лишь тыльная стена. Всю ночь в городе рвались мины и грохотала канонада. Я так и пролежала до самого рассвета без сна в зарослях травы…

Уже утром перепуганные люди – те, которые не эвакуировались, собирались на улицах и с бледными лицами ещё пока несмело поздравляли друг друга – Аккерман  свободен!

А бомба уничтожила все наши бедные пожитки. Из роскоши у нас был лишь патефон, но и его разнесло в клочья. Через три дня на подводе с детьми приехала мама…

«Возьмите меня сыном полка!»

Аркадий Полоз, житель Аккермана:

- Если бы вы знали, как я, почти ещё мальчик, ждал этого дня! У нас румыны забрали козу, от которой мы, собственно, и кормились. Мы их люто ненавидели.

А потом на постой в наш дом по Гергиевской прислали двух немцев. Один был полный такой и немолодой, а его приятель наоборот – худющий и рыжий. Однажды тот рыжий начал приставать к маме. Пожилой немец, увидев это, схватил его за шиворот и вытолкнул на улицу. Он что-то кричал худому, но я разобрал только «Киндер! Муттер!». На следующий день рыжий ушёл от нас.

А старый немец частенько угощал нас то шоколадом, то тушёнкой и всё вздыхал. Маме он показывал фото своих детей и печально качал головой. Я вам скажу, немцы разные были. Хватало там и негодяев, и приличных людей, которых связала война…

Так вот, как-то ночью по городу раздались взрывы, забегали немцы с румынами, где-то выла сирена. Сосед заскочил к нам и выдохнул: «С лимана наши пошли! Будут город брать! Ховайтесь куда-нибудь».

Всю ночь и утро шла перестрелка. Кто жил к окраине города рассказывал, что первыми побежали румыны. Большинство из них даже не вступали в бой. Советские войска быстро справились с оккупантами. И к обеду в городе стало затихать. По улицам валялись брошенные вещи, сбитые  ветви деревьев, осколки оконных стёкол. Многие дома были разрушены снарядами. Местная пацанва стаями воробьёв носилась по городу.

На углу Еврейской и Новобазарной улиц я увидел убитого немца. Он лежал в луже тёмной крови лицом вниз. Один из наиболее смелых мальчишек вытащил из походного рундука немца галеты и тушёнку. Сапоги у него уже кто-то стащил.

Через город шли колонны советских войск. Солдаты были усталыми, запыленными, но радостными. Им бросали под ноги цветы наши девчата.

Неожиданно для себя я подскочил к командиру одного отряда и прокричал: «Дядя, возьмите меня сыном полка!». О таких сынах полков мы слышали от взрослых. Командир устало усмехнулся мне, подмигнул и сказал: «Возьму, малой. Ты только на котелок каши подрасти и сразу к нам». Отряд взорвался смехом, а я остался стоять на месте, соображая, сколько же это будет сантиметров –  подрасти на котелок каши.

Знамя Победы

В некоторых СМИ сообщалось, что знамя Победы над городом установил солдат Иван Шатров, пробравшись в крепость, где засели немцы.

На самом деле это было немного не так. Во всяком случае, судя по рассказу старожила города Семёна Чернявского.

- Мы жили в то время по Портовой улице. Когда начался штурм города, именно в наших местах было особенно горячо. Взрывались мины, с воем проносясь над домами, ухали гранаты и беспрерывно палили стрелковые пулемёты вперемешку с автоматами. Часть домов в городе полыхала от пожаров. Улицы были безлюдны. Лишь кое-где раздавались команды немецких командиров, и солдаты перебегали с места на место, прячась от обстрела. Но пули и снаряды их находили везде.

На углу улицы Архиирейской (позже ул. Калинина) и Ушакова располагалась женская гимназия. После, при советах, там была вечерняя школа. И вот в разгар боя на крыше здания вдруг развеялось красным пламенем знамя. То было знамя Победы. Город наши ещё не взяли, но флаг водрузил над гимназией именно он – сержант Иван Шатров. После освобождения города об этом только и говорили. Кстати, говорили и то, что сержант был ранен и позже, когда наши войска вышли за город, тесня немцев, умер от ранения в санитарной телеге.

***

От себя добавлю, что наши современники здорово «постарались». Из благодарности к подвигу сержанта они снесли не только мемориальную доску о его героизме, но и разрушили всё здание. Сейчас это просто ТЕРРИТОРИЯ. Её, как говорят, некто выкупил, огородил и ждёт лучших времён. Видать, чтобы продать повыгоднее. Вот, так у нас относятся к памяти  о героях. Слава Создателю, что это лишь частный случай…

День Победы – это святой для всех нас день. Можно его переименовывать, закрашивать в разные тона и оттенки, но от этого, ребята, суть подвига всего нашего народа не изменится. Помним об этом…

Владимир Воротнюк

 

 

Оставить комментарий

Прогноз погоды

Последние комментарии

Все содержание сайта www.obozrenie-plus.com охраняется авторским правом, как произведение, созданное коллективным творческим трудом в соответствии с законодательством Украины об авторском праве и смежных правах. Допускается копирование, опубликование или иное использование в коммерческих целях материалов, загруженных с сайта www.obozrenie-plus.com, при условии ссылки (для интернет-изданий - гиперссылки) на www.obozrenie-plus.com

Сервис Поиска попутчиков всегда поможет найти подходящего попутчика с учетом Ваших пожеланий.

Войти